Красавица Ахса — дочь Калева

Дата: | Автор: Р. Хава Куперман | версия для печати версия для печати
2158
Ахса

Ахса — дочь Калева, вождя колена Йеѓуда.

Это тот Калев, который в числе двенадцати разведчиков побывал в Эрец Исроэль, и который, как и Йеѓошуа, оказался праведным. По преданию, Йеѓошуа послал его в разведку и во второй раз, 40 лет спустя. Калев тайно побывал в Иерихо, из которого принес хорошие известия.

Ахса была очень красивой девушкой, и множество претендентов искало ее руки.

Происходило это в период завоевания и освобождения Земли Израиля. Калев, как вождь колена, должен был очистить территорию, полученную в удел, и потому нуждался в помощи. Он объявил: тот, кто захватит Двир (второе название — Кирьят Сефер), получит в жены его дочь. Такой подход считается неверным, так  как есть риск, что победу одержит недостойный. Но Б-г пощадил Калева и город был захвачен его сводным братом — Отниэлем, сыном Кназа. Таким образом, Ахса вышла замуж за дядю, что разрешено еврейским законом.

Уточним степень родства. Мать Калева была женой Йефуне и от него родила Калева, а когда Йефуне умер, вышла замуж за Кназа и родила Отниэля. Кназ усыновил Калева.

Отниэль — мудрейший во всем поколении.

Когда Моше умирает, евреи из-за горя и шока забывают 3000 деталей Устного Закона. И это ведь устный закон, ничего не записано! Что делать?

Отниэль восстанавливает утерянное с помощью своей логики. Поэтому говорится, что он завоевал город, имеющий два названия — одно Двир, географическое, второе Кирьят Сефер, духовное (имеются в виду и две разные войны — физическая и духовная).

Продолжить рассказ о прекрасной Ахсе невозможно, если не познакомить читателя с теми довольно сложными обстоятельствами, которые выпали ей на долю. Эти события так значимы, что о них дважды рассказано в Танахе — один раз в книге пророка Йеѓошуа и второй раз в книге Шофтим (Судьи).

Итак, Ахса получила в мужья Отниэля, самого мудрого в своем поколении человека. В то самое время, как подавляющее большинство евреев сосредоточено на Земле Израиля (буквально), поскольку идет освоение территорий и раздел уделов, он открывает Йешиву в бесплодном Араде.

Когда евреи входят в Израиль, земля для них имеет огромную, чуть ли не первостепенную ценность.

В этот период — в определенном смысле — всё вообще измеряется ценностью земли. Такое отношение к земле как нельзя лучше проявляется в следующем: все знают, что придет время и будет построен Храм (и все понимают, что значит Храм для еврейского народа), место Храма пока неизвестно, значит, неизвестно на территории какого колена Храм будет стоять. Да, но что бы там ни было, а колено, где будет Храм, потеряет ту самую землю, которую Храм займет! Эту самую землю невозможно будет возделывать!

Несправедливо? Конечно несправедливо! И тогда евреи решают зарезервировать где-нибудь такую же точно по размеру «компенсационную» территорию, чтобы потом отдать ее тому колену, которое потеряет из-за Храма. Как вы думаете, где выбирают место для резервирования? Правильно, в плодороднейшем Иерихо. Его, пока не построен Храм, временно заселяют геры, потомки Итро. Они не являются евреями по крови, а значит, не принадлежат ни к одному колену, — им не положен удел в Земле Обетованной.

Иерихо считается «тылом» Храма. Он параллелен Храму не только физически, но и духовно.

Итак, на фоне «земельного бума» Отниэль открывает Йешиву в Араде, где нет ничего, ни воды, ни земли, пригодной для возделывания. Он выбирает именно это место, чтобы его ученики ни на что не отвлекались. Отниэль молится, чтобы к нему в ученики пришли самые чистые, самые праведные, самые цельные и достойные люди из всего Израиля. К нему как раз и приходят потомки Итро, меняя самое лучшее место в стране на Йешиву в пустынном Араде.

Учеба идет, но живые люди хотят есть, хотя бы два раза в день они нуждаются в пище. Кормить их должна жена Отниэля Ахса.

Но чем она будет кормить их, если тут ничего нет?! Мужа спрашивать бесполезно, он занят исключительно Торой. К кому же идти? К кому бежать? Кого призывать на помощь? Отца! Это ведь он устроил ей такой шидух!

Ахса садится на осла и отправляется к Калеву бен Йефуне в Кирьят-Сефер, чтобы сказать ему, что он должен помочь. Подъехав, она буквально сползает с осла — то ли потому что без сил, то ли стремясь показать, что и она, как этот ослик, материальна, и точно так же, как это животное, нуждается в еде и воде.

На иврите хамόр — ослик, а хόмер — материальность. Ослик — символ материальности.

Кроме того, ослик символ несвободы, подчиненности, связанности, ведь он, как правило, оседлан. (Вспомните, когда Авраѓам ведет Ицхака на гору Мориа, чтобы принести его там в жертву Б-гу (Берейшит 22:2), он берет с собой осла, и прежде, чем отправиться в путь, оседлывает его, хотя не собирается ехать верхом. На иврите оседланный и связанный обозначаются одним и тем же словом. Связанный осел — символ абсолютного приятия Высшей Воли).

Калев бен Йефуне без слов понимает все, что хочет сказать ему дочь. Раз ей нечем кормить семью и учеников Йешивы, он дает ей два вида источников — высшие и низшие. Низшие — это настоящая физическая вода, высшие — Тора. (Всегда, когда речь идет о воде, подразумевается Тора).

Говоря проще, отец ради дочери чуть-чуть изменил границы внутри удела, принадлежащего колену Йеѓуды, и дал ей тем самым средства к существованию.
продолжение следует
Благодарим журнал «Голос Яакова» и лично г-жу Аллу Фельдман за предоставленный материал.