Пророчество о пленении Ковчега Завета

Дата: | Автор: Р. Хава Куперман | версия для печати версия для печати
2383
пленении ковчега завета

Итак, Шмуэль получил свое первое пророчество. Что же оно собой представляло? Для начала, скажем, что оно было крайне тяжелым и касалось дома Эли.

В основном, все пророчества делятся на хорошие и плохие. Хорошее пророчество, переданное через пророка, не может быть аннулировано. Плохое — может. Почему так устроено?

Если бы любое, — и хорошее, и плохое, — пророчество могло бы быть аннулировано, мы никогда не смогли бы узнать было ли оно подлинным или ложным. Поэтому подлинные положительные пророчества всегда исполняются. Однако, если предположить, что такая же неукоснительная реализация ожидает нас и в связи с тяжелыми пророчествами, у нас не останется возможности исправляться, то есть не останется выбора.

Всякое тяжелое пророчество оставляет возможность Тшувы. Но тут есть еще одно условие. Если плохое пророчество было дано вместе с неким символическим актом или действием, или если во время пророчества был совершен какой-то поступок, оно оказывается закрепленным и после этого уже не может быть изменено. Так, более раннее пророчество, данное Эльканой, отцом Шмуэля, о сыновьях Эли, Хофни и Пинхасе, наряду с прочим, говорит, что они умрут в один день (Шмуэль I, 2:34). Это знак. Как только он сбудется, пророчество закрепится полностью.

Точно так же, как знак, будет теперь работать тяжелейшее пророчество, полученное Шмуэлем. В момент, когда оно реализуется, окончательно утвердится более раннее пророчество — пророчество Эльканы.

Так о чем, все-таки, говорилось в пророчестве Шмуэля?

О том, что из-за ошибок и неправильного поведения в самом ближайшем будущем в еврейском народе произойдет нечто ужасное, — ужасное настолько, что у того, кто об этом услышит, в ушах поднимется звон.

О каком событии предупреждает пророчество? О пленении Ковчега Завета.

Напрямую об этом пока не говорится, — Всевышний оставляет евреям шанс исправиться (если бы сказано было прямо, это означало бы, что шансов больше нет). Никогда до этого времени, ни при каких войнах и столкновениях, Ковчег не оказывался в плену.

Это случится впервые, и повинны в том сыновья Эли, унижавшие Имя Творца, и, конечно же, сам Эли, Первосвященник, знавший все, и не повлиявший на своих сыновей в той необходимой степени, чтобы пресечь их дальнейшие ошибки.

Интересно, что в тексте на иврите о сыновьях Эли говорится не «унижали» Творца, а «проклинали» себя:

На иврите слова «унижать», «проклинать» и «легкость» имеют общий корень. Но и противоположные им по смыслу «уважение» и «весомость» также однокоренные. Тора старается не допускать произнесения таких страшных вещей как «унижали Имя Всевышнего», «проклинали Творца»… Вместо этого она прибегает к иносказанию, говоря «проклинали себя». Это достаточно прозрачный намек, и мы понимаем, что имеется в виду.

Разумеется, относясь облегченно к Служению в Храме и исполнению заповедей, священники Хофни и Пинхас унижали Имя Творца и навлекали на себя проклятия, — не про нас будь сказано.

Передавая пророчество через Шмуэля, Всевышний говорит: «Клянусь домом Эли, его грех не будет прощен ни посредством зевах (жертвоприношения животных), ни минхой (принесением в дар плодов или злаков)!». Потому что именно зевах и минха исполнялись Хофни и Пинхасом ежедневно не на должном уровне, и могли выступить против них только в роли обвинителей. Если бы они принесли такие жертвы, жертвы напомнили бы Суду, насколько плохим в семействе Эли было Служение.

(По той же причине в Йом Кипур Первосвященник входил в Святая Святых без золотых украшений — чтобы не напоминать Б-гу о совершенном евреями грехе золотого тельца. Кстати, этот грех был прощен нашему народу именно в Йом Кипур. Но, как говорится, «в доме повешенного не говорят о веревке».

На эту тему есть один известный рассказ:

Жестокий разбойник напал на царского посланника. Намеревался убить, но тот вымолил себе жизнь, отдав взамен все ценности, какие у него были. Обобрав вельможу, грабитель его отпустил. Прошло сколько-то лет. Разбойник продолжал убивать и грабить. Стражи правопорядка гонялись за ним, выслеживали и, наконец, поймали. Когда он предстал перед судом, присяжные единогласно высказались за смертную казнь. Негодяй взмолился о милосердии: «Приведите сюда царского посланника! Пусть он подтвердит, что мое сердце не чуждо жалости! Я пощадил этого господина, когда мог бы убить». Послали за вельможей. Но он сказал, что разбойник обобрал его до нитки, запугал до полусмерти и просто чудом не убил. Если такого жестокого человека пощадить, он будет продолжать заниматься своим ремеслом и погубит еще много народу…

Обвинитель не может стать адвокатом!).

Продолжение следует
Благодарим журнал «Голос Яакова» и лично г-жу Аллу Фельдман за предоставленный материал.